February 23rd, 2012

white

Ребёнок болеет

А вы играете в игру "Запусти Нюшу"? Я да.
Вот игра "Запусти Нюшу". Советую.
А ещё, Настя говорит, сегодня опять митинг. Забавно.
А художник Генераленко спрашивает, сколько у вас лопат.
У Глеба 38 и 5. А ещё он ждёт, что Гадя родит котяток.
Вчера участвовал в спортивном празднике. Спортивный праздник был такой (я почему-то подумал, что будут соревноваться папы: подтягиваться на турнике, отжиматься на время на кулаках и всё такое, и когда Глеб, узрев на баннере боксёра Валуева, сказал, что он похож на папу Марка, загрустил). Но оказалось, нет. Папы и мамы сидели в комнате, изо всех отверстий тела озонируя воздух, а дети в чёрных трусиках-белых маечках, ходили туда-сюда (парад), а потом соревновались. кто там куда чего перепрыгнет. Соревновались старшие, младшие сидели, как балбесы. Тогда Глеб выступил с инициативой захвата соревнования, бросился на штурм, захватил танк (составленный из трёх стульев) с собой увлёк ещё одного сержанта, и они кинули мячик по два раза, хотя даже самим старшакам было положено только по одному. С другой стороны, если бы все кидали по скольку хотят, я бы там и сейчас сидел.
С третьей стороны, у Глеба есть удостоверение "Механик-водитель танка", но кому какое дело до этого. Горьковская премия, бессоница гомер тоска и паруса, больше всего нравится пока книжка под названием "Молодые" (она и написана так, в стилистике 1972 или даже 1976 года, то есть когда оттепельное гниение уже надёжно закончилось и было забыто и вступил такой деревянно-щитовой стиль - Большой детский хор, Лещенко, БАМ, молодость мира. Очень хорошо от неё.

Владимир Чугунов, "Молодые", изд-во "Родное пепелище", Нижний Новгород. Тираж 3000.
Вот так и надо писать, вот это интересно и - "поступок", а писать (живя в Нижнем Новгороде, где есть изд-во "Родное пепелище", как Прилепин - это тоска, тоска. Ведь помрём же.

Чугунов прикольный, написал кучу книг в разных жанрах: я все их хочу прочесть. Зегодня замечательный пасмурный покойный день, в который так приятно хотеть тяпнуть водки.
white

Дали жаропонижающее

Действительно. Послушал радио в машине - митинг. Дни недели такие: понедельник, вторник и митинг. Даже партия любителей мороженых раков проводит свой на улице Почечуева. Милиция говорит, собралось не более пятнадцати человек, хотя было гораздо больше. Восемнадцать - это по самым скромным подсчётам.

А Глеб теперь каждый день пылесосит ковёр, довольно чисто. Говорит, у пылесоса живот гораздо тяжелее, чем шея. Вчера во время пылесосания нашёл Гадин коготок. Они их, оказывается, как змея кожу сбрасывают. Сейчас вот опять пошёл. Правда, слышу, пылесосят они там с мамой Гадю пока.

Чувствую себя Василием Васильевичем Розановым, хотящим творожка и сметанки (сейчас набегут "специалисты" утверждать, что он хотел а) только творожка; б) творожка и молочка; в) огурчика солёного с зонтиком укропа прилипшим - "не надо убирать"; убивать надо таких специалистов), а ведь всё было так хорошо, пока не обхамила в овощном узбечка-калмычка. Понаехала. Пошевеливайся, мразь, говорит. А ведь у меня борода, я Ходжи!..

Мир катится, вместо чтоб чуть-чуть постоять.
white

Подействовало

Пропылесосили ковёр и кота. Глеб открыл пылесос, светит внутрь фонариком и спрашивает: "Ну как, пыль, уютно тебе?". Подумалось, что мы а) читаем фэнтези и вообще фантастику, б) изменяем мужьям и жёнам и в) путешествуем - по одной и той же причине. Вкусить от мира иного - значит уменьшить тяжесть своего собственного, его неотвратимость и необоримость. Типа, гляди, есть же другие. Можно же по-другому! Тяжело жить со знанием, что можно только так и никак иначе. А если знаешь, что можно иначе, жить легче. Можно перескакивать из жизни в жизнь, и там понарошку и здесь. И там, и здесь не до конца, с запасом, играючи. Жизнь должна быть как во французских приключенческих романтических комедиях, за это и митинг. Чтобы океан, прибой, неба синь. Ведь мы этого достойны. Ведь нам все должны.